kharoozo

- Композитор Россини... м-м-м... как-кая сл-ладость! - понял я вдруг, что это плод моих долгих - не менее десяти минут - и извилистых с разветвлениями и со всем остальным раздумий на отвлечённые, но не очень, окололитературные темы, включая немецкую и итальянскую музыки, писателя Толстого, писателя Салтыкова и других - понял я это вдруг сегодня в начале второй половины дня, когда мыл в ванной комнате руки - ( и вот, я это вдруг понял...Collapse )

Молчалин является на арену жизни безоружный, почти обнаженный. Во всем его организме нет места, которого нельзя было бы уязвить. Он — заурядный человек толпы, один из тех встречных-поперечных, которые массами во всякое время снуют по улицам. В нем нет ничего выдающегося, самоопределяющегося, что давало бы ему право на место в жизненном пире, на что он мог бы опереться, как на исходный пункт для дальнейшего странствования. Понятно, что он должен искать этой недостающей опоры вне своего личного я.
И вот он начинает искать. Но, как человек неразвитый, идущий наугад, он, во-первых, представляет себе искомую опору не иначе, как в форме «нужного человека», а во-вторых, он ищет ее где-то в пространстве, среди таких же встречных и поперечных, как и он сам, но поставленных в более счастливые условия относительно карьеры. ( Вот тут-то именно и начинается страдальческая эпопея его похождений.Collapse )

Mesopotamian terracotta relief from Khafaje, Iraq, c. 1700 BC, showing a god cutting a one-eyed female demon down the middle. Rays come from her head and her hands are tied behind her back. As so often in Mesopotamian art, which rarely illustrates known myths, we cannot be sure of the identity of either god or monster.

via kardiologn

A Sculpture of Ai Apaec, the Decapitator (gold, copper, and polished stone).
Moche civilization.

via kardiologn

22 мая 1813 года родился Рихард Вагнер, немецкий композитор.

«Настанет день, когда для всех народов, среди которых живут жиды, вопрос об их поголовном изгнании станет вопросом жизни или смерти, здоровья или хронической болезни, мирного жития или вечной социальной лихорадки».

Ференц Лист

Бывают такие минуты затишья в истории человеческой общественности, когда человеку ничего другого не остается желать, кроме тишины и безвестности. Это минуты, когда деятельная, здоровая жизнь словно засыпает, а на ее место вступает в права жизнь призраков, миражей и трепетов, когда общество не только не заявляет ни о каких потребностях или интересах, но даже, по-видимому, утрачивает самую способность чем-либо интересоваться и что-либо желать; когда всякий думает только о себе, а в соседе своем видит ненавистника; когда подозрительность становится общим законом, управляющим человеческими действиями; когда лучшие умы обуреваются одним страстным желанием: ( бежать, скрыться, исчезнуть.Collapse )

“Историки делаются - поэты родятся”, - говорит латинская сентенция.

( Далее.Collapse )

( Не знаете?Collapse )

( +1Collapse )